detnix (detnix) wrote,
detnix
detnix

Categories:

Морские гады и безопасность

Однако! — вырвалось у меня, когда замыленный новогодней вакханалией глаза, преодолев мутную оптику очков, упёрлись в цифру 70. Семьдесят рублей за шматок сырой рыбы на горстке склеенного риса. Одна-а-ако! А ещё эта нашлёпка сверху. Ни дать - ни взять — воробей отметился, а в меню вся эта хрень прописана «Сякэ но "Филадельфией"», что в переводе  — лосось со сливочным сыром. Вот они гримасы капитализма! А ещё запечённые мидии — рассадники глистных инвазий! Ни за что!

У меня засосало под ложечкой. До потери нравственности хотелось мидий. Закажу, будь они неладные: «Молодой, человек, мне эта… как её, беса… Му-ру-гай ба-та я-ки, — прочитал я по складам, — и эту тоже, — тыкнул пальцем с обгрызанным ногтем в картинку, где воробей… — ну вы поняли, — я поднял умоляющие глаза на официанта, — четыре этих, которые вы «сякэ» обзываете». «Всё?»,  «Да!… Нет!… Хотя ладно… Нет, всё же  пивка вашего, вот этого  —  «Рю-сэй».  «Ноль-пять?»,  «Да  что вы!  —  Грамм триста…  Хотя, постойте…  Пиво свежее?..  Понятно.  Тогда  два по «ноль-пять»…  Что?  В одну посуду?  Давай в одну. Сухариков?  Не надо —  у меня  изжога. Разве что кальмарчиков.. кружочками. И вилочку, пожалуйста, а то от ваших японских палок одни занозы». Вежливый официант открыл нужную страницу. «Точно, вот это! — ткнул я в глянцевое фото мизинцем, на котором ещё не успел отгрызть ноготь. — Ика рингу кара агэ, — прочёл я более уверенно и стёр выступившую испарину.


Официант ещё оглашал заказ, когда я по щиколотку погрузился в нирвану. Борьба с совестью и душившей меня жабой закончилась полным поражением. Я ещё бухтел про себя, поминая рыбное изобилие в СССР, россыпи креветок и прочих морских гадов по цене семечек, крабовых консервов «Снатка», которыми за те деньги, что я выложу в японском ресторане, можно было бы снабдить арктическую экспедицию, я ещё тайком трёс рукава сорочки под мышками, пытаясь избавиться от мускусного запаха старого козла, ведомого на дойку, когда прозвенел звонок. Звонок из прошлого. Из СССР. Нет более приятного звука, чем уведомление ушедшей эпохи, поступившее на мой Samsung-«лопату» . «Блимк!»  — и ты погружаешься в прошлый век. Это моя связь с параллельным миром, миром одноклассников и однокурсников.

Не прошло и двадцати лет, а они уже успели оседлать Интернет. Социальные сети — это места их гнездований. Нет, их не найти в ЖЖ,  Фейсбуке, ни одного проявления в Твиттере, робкое присутствие «ВКонтакте» и «Моём мире» и полное стратегическое превосходство в «Одноклассниках». Там стоит гомон и клёкот птичьего базара, в котором щедро раздаются «лайки», прикупаются сентиментальные виньетки к фотографиям обожаемых внуков, где оживают кошечки с бантами и, словно бабочки, порхают мириады «гифовых» сердечек!

«Мариночка Краснопёрова считает открыточку Ванечки Мураховского классной!» Мариночке и Ванечке давно за шестьдесят. У Мариночки — одно педагогическое, а у Ванечики — мехмат и юридический. Ванечка считает все фотки Мариночки классными! Когда-то они не успели друг друга долюбить. Хотели друг друга все последние два класса, но в СССР хотеть не считалось вредным для здоровья, даже… если очень хотелось. Вот и новое уведомление пришло: «Играю в очень интересную игру, нужно разгадывать слова по картинкам! Присоединяйся в «Одноклассниках», будем соревноваться!» Это Лёня. Когда-то в 90-х он одним ударом кулака укладывал наземь двух, а то и трёх рекетиров, а теперь разгадывает слова по картинкам. Я тихо млею и с дикими угрызениями совести жму на кнопку «Отклонить».

Опять «блимкает». Это уже Вовка прислал. В молодости он проектировал первые отечественные вычислительные комплексы. А теперь: «Присоединяйся к группе «Мы родились в СССР. Число участников: 2 943, будешь 2 944-м». Вовку я уважаю. В десятом списывал у него контрольные по основам дифференциального исчисления. Да-да, мы, «совки» и дети «совков» изучали «дифуры» в 10-м классе и даже не парились, а ещё успевали «крутить амуры», как могли, конечно. Если нынешним рассказать — умрут со смеху! Целовались — будто душу дьяволу продавали. Секреты первых поцелуев хранили строже гостайны. И снова «блимк»!.. Теперь с Рождеством. Открытка. Санта Клаус, олени, коробки с подарками… Сюр! Открытка от Жоры из Черновцов. Он 1 726-й из родившихся в сетевом СССР. Да что же это на самом деле! Старый пердун! Не было при советской власти Сантав Клаусов, как и Рождества, кстати. Были Дед Мороз и Снегурочка. Раздосадованный выключаю смартфон. Не хочу я в этот СССР! Вы чё, старичьё? Вы же тащите меня в «Плезантвиль»! Слов нет — фильм достойный, как и наша канувшая в Лету держава, но я хочу жить здесь и сейчас. Милей ЭРефии страны не сыскать! Политика — театр «Кабуки» в исполнении клоунов. Народ — сплошь звёзды Ютъюба из рубрики «Лучшие приколы». Заметил: без наших выпивох и придурков ни один рейтинговый сборник не обходится. А секса!.. Секса — завались! О таком изобилии даже кролики мечтать не смеют.

Благостное течение мыслей прервал расторопный официант. «Подарок от заведения к Рождеству!» Это он о рюмке с долькой лимона на шпажке. Мда, мне четверть века потребовалось, чтобы слезть с пахучей чесночной котлеты на кружочек лимона с сахаром. Не понимал по молодости, как можно пить водку без бутерброда с котлетой или докторской колбасой. Но вот и «Рюсей» подали в литровой расфасовке. «Подарок», облагороженный заморским пивом, ударил в темечко, разбудив Сахасрара-чакру. Установив связь с Космосом и почесав одну из мандал, приступаю к трапезе. Но не тут-то было…

Словно по магическому знаку почившего в стране грёз Саид-Бабы напротив материализовалась лисья физиономия с чуть раскосыми глазами. Оборотень лёгким движением оборвал серебряную нить, соединявшую меня с астралом и вынудил вернуться к суровым реалиям.

— С наступившим!..
— Взаимно.
— На ловца и зверь бежит, — добавила лисья морда, принадлежащая Алексею, молодому коллеге из действующих сотрудников Конторы. — Что думаете насчёт Волгограда?

Что я мог думать о том, о чём ничего не знаю.

— Жопа, наверное, — выдвинул я первую пришедшею на мысль гипотезу.
— В яблочко! Что значит — профессионал!
— Да, уж… — в припадке скромности зарделся я.
— Какие будут предложения?
— По сто?
— Я не о том. Что мне скажет ветеран, не стареющий, как говорят в народе, душой…
— Жопа!
— Попрошу не цитировать классику! Мне предложения нужны а не ремейки приквела. По зарез нужны!
— Что так?
— Верховный чуть ли не с новогоднего стола соскрёб всех нас. Совещание устроил. «Что, — говорил, — сучьи дети, делать будем? Предложения есть?»
— А сучьи дети что?
— Молчали, только носами шмыгали. Потом главного к трибуне выволок. У того с собой было… Улучшим, укрепим, углубим… — все как один… изведём террористов под корень!
— Чем?
— Что чем?
— Чем изводить собираетесь?
— Вот и я спрашиваю, какой потравой вы их… так сказать во времена исторического материализма морили?

Уткнулся я рылом в жбан с «Рюсеем» в надежде ответы выудить, но вот уж дно сквозь пену колышется, а рецепт потравы — хоть убей — не могу вспомнить. Пауза затянулась. Не зная, чем закончить, всё же начал:

Давно это было… Не поверишь, — в век эбонитовых телефонов. Время первых песен:

От озер и до тайги смолистой,
От степей до северных широт
О героях — доблестных чекистах  —
Много песен Родина поет.

— Я извиняюсь, Гэ-Эн, — перебил меня Алексей, — ваше вступление чем-то напоминает рассказ дочери главного аматикая из фильма  «Аватар».
— Не перебивай, желторотый, слушай другой куплет:

Но пока не все враги известны
И пока хоть жив еще один,
Быть чекистом должен каждый честный
И простой советский гражданин.

— Уловил?
— У меня, уважаемый Гэ-Эн, слуха отродясь не было, да и шепелявите вы изрядно…
— Это зубовный скрежет, мальчишка! Ты в суть вникай! «Быть чекистом должен каждый гражданин!» Вот оно, время первых песен! Лучше наших старушек, что сидели на лавках у каждого подъезда, трудно было и представить чекиста. Боялись их как огня! Бывало подойдёшь к такой, корочку раскроешь, доброго здравия пожелаешь — и полилась песня. Хоть про Ивана с подсобки, хоть про Глафиру по левую руку от лифта, — про всех знали наши доблестные старушки. Такое устное резюме накатают, — хоть в тот же день каждого второго вяжи! А что сейчас?
— Что?
— Лавки поспилили, это — раз! Бабки мрут как мухи, а те, что таблетками травятся, — и тени своей боятся. Это и есть — два! Так что пиши пункт первый: для повышения уровня борьбы с терроризмом, вернуть все скамейки в зад! Бабок реанимировать и рассадить по квадратно-гнездовой схеме с единовременным вручением по ведру жареных семечек!
— Прикалываетесь?
— А как ты думал? Все эти моджахеды, джихадисты с вахаббитами и салафитами где жирок нагуливают?
— Где?
— В наших с тобой квартирах!
— В моей — ни одного!
— Погоди, не долго осталось. Сдашь как миленький! Будет у тебя в околотке как в Марьино — живенько съедешь в пригород, где последние русские в стойлах блеют.
— Ладно, убедили, про скамейки черкану на заметку.
— Это ещё не всё. Ты прикинь, в век трёхпрограммного сетевого радиовещания мы знали чем заправляют форшмак лучшие семьи отказников.
— Техника?
— Э-эх, бестолочь! Стакан! Наши советские бабки сканировали все квартиры с помощью обыкновенного стакана. Стакан — к стене, к стакану — ухо! И знай себе строчат в блокнотики шекспировские диалоги.
— И что теперь, про стаканы Верховному тоже докладывать?
— Как хочешь. Только и это не главное. В эпоху первых песен только круглый дурак не был агентом. Ты думаешь что наши демократы ломанули в архивы КГБ, не успев даже как следует отпраздновать свою победу. Тоннами изымали подшивки своих агентурных сообщений. О каких терактах в то время могла идти речь?! Разве что взрывы в метро и магазинах в 77-м. О деле «Взрывники» слышал?
— Да, в новосибирской школе «холостяков» проходили.
— А я по нему работал! Вся страна по этому делу работала. На нашем ВАСХНИЛ пыльцу изучали, что соскабливали с осколков взрывного устройства. Ты понимаешь, миллионы людей по крупицам восстанавливали события и вычисляли взрывников. А сейчас?
— Понимаю…
— Ничего ты не понимаешь. Мы все за страну отвечали! Теперь обернись! Всяк в своей щели норовит сховаться. Было время первых песен, наступило время великой скорби. У порога война стучится.
— Типун вам на язык!
— Сиди и слушай! Забегал ко мне пару месяцев назад друг. В Сирии челноком работает. Набрал ватажку отмороженных и фильмы под пулями снимает. Как зашёл, так сразу с порога: «Где обрез хоронишь?» Какой обрез? — отвечаю. — Я же от собственных утренних громов вздрагиваю, а ты — обрез! «Не дрейфь! По осени установим в твоём окне ЗГУ. Будешь отстреливаться!» Жутко стало. Он же по кухне, словно взъерошенный какаду мечется. Хотел было вопрос задать, да друг опередил: «Пожрать что-нибудь будет? Как поволнуюсь, — аппетит волчий просыпается!» Я тоже был взволнован не меньше. И у меня тоже… медвежья болезнь разыгралась. Через позывы спрашиваю — когда, что и как. А он всё — составляй списки и жди сигнала. Так и сгинул внезапно, словно и не было. Уже на лестнице услышал: «До первой крови ещё встретимся!» Я так и рухнул. Недавно вновь объявился. Третью Кавказскую накаркивает. Пока ролик смотрел, — валерьяной опился. Хуже другое, об этом уже года два как талдычат наши ведущие экономисты. Степан Демура на дерьмо изошёлся, призывая запасаться тушёнкой, солью и спичками. Делягин через две передачи на третью советует дорогим россиянам семьями записываться в общество охотников и рыболовов!
— Шизики!
— Бери выше, — блаженные!
— Да без разницы.
— Ошибаешься. Блаженные — это те, кто колеи не видят. Все видят, все по ней едут, а они — нет. У них мозг Сократа, а взгляд ребёнка. Наши условности, которыми мы себя опутали, не для них. Только они видят «голого короля» и свой конец, а заодно и конец света. Вот ты скажи, — кто есть наш народ?
— Ну, типа, самобытный, народ-богоносец, указующий во тьме путь другим народам. Недаром Эдгар Кейси пророчествовал…
— Ты ещё бабку Вангу помяни. Наш народ — па-ра-зит! На девяносто процентов. Десять оставшихся — те, на кого ещё можно надеяться. Вот ты скажи, кто победил на «Евровидении» в 2013-м году?
— Какая-то датчанка, фамилию запамятовал…
— Ты не безнадёжен! Я вообще никого из певцов не знаю кроме Пугачёвой, да и ту помню лишь по стольку, по скольку она единственный человек в России, кто открыто занимается педофилией.
— С Галкиным?
— А что, у неё и моложе есть? Но не о них речь. Ты такого мужика знаешь — Беэр Сергей Алексеевич? Молчишь? А меж тем он премию Скрябина в 2008-м отхватил.
— Композитор?
— Паразитолог! И Скрябин паразитами занимался. Так вот этот Беэр сказал «Все без исключения паразитические виды когда-то начинали как свободноживущие организмы. Однако науке не известно ни одного факта обратного эволюционного возврата паразитов к свободноживущим видам». В СССР паразитов было мало, не больше, чем в той хвостатой твари, что ты сейчас жуёшь. Но против эволюции не попрёшь! Среда изменилась и бывшие труженики свободной страны стали вымирать, расчищая место для паразитов. Когда жрачки на всех не хватает, одни паразиты начинают поедать других паразитов. Вот тебе и причины терактов. Борьба за ресурсы и прекратить эту вакханалию может лишь Большая Беда!
— Как страшно жить!
— Ничуть! Напротив, — радостно и отрадно! Когда «бумкнет», — паразиты попрячутся, а десять процентов небезнадёжных наших граждан, наконец, сумеют объединиться и подчинить себе всех паразитов. Часть, конечно, сбегут. Это те, кремлёвские, но их доедать уже будут другие паразиты, забугорные.
— Про паразитов Верховному докладывать?
— Думаю, о них он побольше твоего осведомлён.

Собеседники погрузились в невесёлые размышления, похрустывая хрящами хордовых и обсасывая хитиновые панцири ракообразных. Утомившись работать челюстями, Алексей встрепенулся.

— Гэ-Эн, а в ваше время народ про чекистов песни слагал?
— Народ — нет, но старые по пьяни ещё пели.
— Мда… В наше время мы про себя сами сочиняем и сами украдкой поём. Вот вспомнилось из последних:

«И сегодня чекист, как всегда,
Безопасность страны охраняет.
Не пропустит врага никогда…»

— Я так понимаю, здесь ключевое слово «как всегда», или я не прав?
— Правы. Мир меняется, лишь у нас всё «как всегда» и в этом «как всегда» виноваты вы, уважаемый Гэ-Эн.
— Я уж пятнадцать лет как ни у дел.
— Зато ваши бывшие друзья-сослуживцы правят Конторой по прописям Берии и Абакумова.
— А что ты с них хочешь? Когда им развиваться, книжки с картинками читать, над смыслом жизни задумываться? Они с утра до ночи крутятся как белки колесе. Наши американские коллеги поступают мудро: поработал на вершинах госслужбы — изволь возглавить кафедру в университете. Теории нахватался — дуй в бизнес. Там покрутился — ныряй назад в разведку или политику. А у нас, как была при Ленине-Сталине номенклатура, так и осталась. Любой, даже самый талантливый индивид, попав в околокремлёвские тенеты, начинает чахнуть и увядать.
— Согласен, Гэ-Эн, в этом что-то есть. Мне тут недавно один мой приятель из «биномов»-технарей по «Айтупи» месседж прислал. Жалуется, дескать, старшему над «биномами» битых два часа объяснял необходимость взять под контроль все «Виберы», «Хэнгаутсы», «Зеллы» и прочие средства мобильной коммуникации. Оказывается, его босс и слов таких не знал! А меж тем, злобные «муслимы» только ими и пользуются. Да и наши не дураки. Как начальство материть, так только через «Айтупи». Хрен кто перехватит!
— Надо же, и я новый термин услышал. Кто такой «Айтупи»? И как вы собираетесь взять под контроль коммуникации, сервера которых сокрыты за двумя океанами?
— Про «Айтупи» сами прочтёте, запомните лишь две буквы и одну цифру — «I2P». Фича покруче «Тора» будет. Первейшее средство для серфинга в порносайтах. А что делать с зарубежными серверами, — ума не приложу.
— Что-что, а в порно ты за мастера спорта сойдёшь. Зато как чужие серваки под контроль поставить, — кишка тонка! Слушай сюда: вызываешь на Родину наших «айтишников», тех кто все эти программы понапридумывал и зачисляешь их в штаты сотрудников Конторы! Ты же в курсе, что все эти софтовые приблуды нашими русскими программёрами написаны?
— Не купятся! Ни один уважающий себя программист не запишется в контрразведчики! В наших глухих стенах у него повязаны руки-ноги и кляп во рту! Ведомственные инструкции и режим секретности у кого угодно за полгода всякую творческую инициативу в ноль сведут. С ними на воле работать надо и не вить из них верёвки, а то они такие софтовые подлянки насочиняют, что Контора до новых выборов на ушах стоять будет.
— В таком случае обращайтесь к их работодателям.
— Это к которым?
— Для начала — к АНБ. Сбагрили к нам на довольствие своего Сноудена, — пускай хотя бы до Олимпиады вычислят всех наших злобных «мусликов». А то эти «зелёные» совсем охамели. Намедни один из них на храм наш взобрался и давай под крестами «Аллах акбар» вопить. И хоть бы кто из православных ему в ухо заехал. Так что нам ничего не остаётся, как идти на поклон в АНБ. Им с их мощностями, вычислить самых буйных из «зелёных» — как два пальца об стол. Нам вообще пора, наконец, задуматься с кем мы будем противостоять жёлтой, зелёной и коричневой биомассе. В Штатах уже некоторые репу почёсывают. Им же в глобальном конфликте и воевать уже не чем! Да и какие из них вояки! На Западе так запутались в своих гениталиях, что скоро ни о чём другом уже думать не смогут. Нам границу укреплять надо, пока не поздно. Ещё лет пять — и все эти европеоиды мутной волной к нам хлынут, спасаясь от своих бесполых «ходячих мертвецов». А как в фильмах показывают, в АНБ ещё работают настоящие мужики с крепкими яйцами. Им тоже за свою державу обидно. Они пидоров на дух не переносят. Им наши стальные яйца покажи — любую услугу окажут, лишь бы говномесам насолить, да всемирный аул в асфальт закатать. Так что пускай наш директор ихнему звонит и даже не сомневается — до Олимпиады все тараканьи гнёзда выявят.
— Не прокатит… Наше старичьё не в пример вам, Гэ-Эн, дюже гордое. К во́рогу на поклон не пойдут!
— Тогда как знаете… А может своё АНБ сверстать сумеют? Расходов-то всего-ничего — от четверти до трети сочинских откатов.
— А где, позвольте вас спросить, начальство для нашего электронного гнезда искать? У нас каждый второй руководитель считает, что блоггер — это редкое африканское парнокопытное. Разве что присмотреть из спецназа тех, кто выдохся, в тёплый электронный рай пристроить, чтобы до пенсии дотянули.
— Ну, ты пессимист, как я посмотрю! Вас легче по домам распустить, чем придумывать, как вашу работу оптимизировать. Хотя, стоп! Последнее моё предложение — всё руководство перебросить поближе к нефтегазовой трубе. Труба, она любой балласт выдержит. Слышал, — сдувающегося Михаила Ленонтьева к  «Роснефти» пристроили.А ваше старичьё — слить в репозиторий «Национального достояния» — «Газпром». На их же место топовых блоггеров из «Хабрахабр» набрать. Через месяц любой шахид не то что бомбу взорвать — воздух испортить не решится!.. Да, чуть не забыл: каждому новому газпромовцу выделить по аккаунту в «Одноклассниках». Пусть себе резвятся. Всё толку будет больше… Ладно, покалякали, — пора и честь знать. Расплатись, пока я до ветру сбегаю… Что глаза округлил? Я консультации бесплатно не даю. Хотите державу сберечь, — ищите умных. Им и платите! Так Верховному и передай!
Tags: Служение, Тайны Мадридского двора, Творчество
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 184 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →