detnix (detnix) wrote,
detnix
detnix

Categories:

Ленин и Соломон


С утра затворил кофе, утопил в него сухарик с изюмом и упёрся глазьми в RSS-ленту мирового информационного видеоконтента. Так…, талибы в очередной раз вдули пиндосам, наши амнистировали самых смирных из «болотных», австралийцы нашли в Антарктиде алмазы (почему я — не австралиец?)… Так, дальше… А, вот Глоба в студии «Маяка» пудрит мозги обывателю. Стоп, что-то здесь не то! Какие-то ленты пустые. Переключаюсь на печатные RSS рассылки. И тут пусто! Всё есть, даже беременную жену Брюса Уиллиса в топ-новость закатали. Господа, но где-же Майдан?! Нету! Он живее всех живых, а его как бы и нет… Не порядок! Подайте мне живительный глоток свободы! Но у меня с собой было… три ютуб-канала от свидомых. Включаю. Ура, живэ Майдан! С утра шеволятся, греются у походных кухонь. Я им семафорю раскисшим сухарём — держитесь, братья, помощь на подходе! Не завтра, так днями подкинут грошив с нашего российского займа. Даром что ли ваш Янук лыбился по телеку, как котяра, спи...ивший хозяйскую сметану. Наши займы всегда против нас оборачиваются. Да не чурайтесь, берите! Мы ВСЕМ и  ВСЕГДА ВСЕ долги списываем. Ой, чуть не забыл — газ для вас подешевел! Запасайтесь газовой горилкой, громодяне.

Довольный откинулся на спинку стула, сосу сухарик, а сам думаю, — когда ж у нас?.. Когда же наши отмороженные будут греться у костров у Боровицких ворот? И уже как революционный стратег прикидываю: сегодня рано, а завтра — поздно! «Кровавый режим», падла, прирастать промышленностью стал. Кризис на пороге, а у нас, словно спохватившись, заводы строить принялись. ВВП, говорят, вниз покатился, а мы корабли на верфях закладываем. Не много пока, но всё-таки… С таким, понимаешь, вектором никакую революцию не запалить…

Бросил немытую чашку в раковину и компьютер врубил. Вот, нашёл директорию, где вся революционная теория заскирдована, от Ленина до Платона Еленина. Без теории — всякой революции смерть! Скорее, скорее, — лишь бы не опоздать, иначе сдуется Майдан и болотные революционеры по новым фабрикам и заводам разбегутся. Вот сейчас, вот сию секунд начну «глаголом жечь сердца», раздувая гаснущий пожар революции. Да где же эта теория… Вот, нашёл! Георгий Соломон — старейший член РСДРП, видный деятель революционного движения, с Лениным запросто общался, как я — со своим участковым.

Что? Говорите, — этот революционер для вас не авторитет… Сбежал? Ну да, эмигрировал… А что тут такого! Кто о вас всю правду лучше скажет, чем бросившая вас жена. Это на людях вы солидный и респектабельный, а что ночами рукоблудите… Так это лишь ваша супруга знает… бывшая. Любят они новым избранникам про экс-мужей гадости рассказывать, чтобы показать как им тошно жилось при «прежней власти».

Эх, — грешен! Случается и я с наслаждением читаю мемуары наших перебежчиков и предателей, в особенности, если эти «отщепенцы» были личностями с большой буквы, людьми, наделёнными немалыми человеческими качествами. Таков и Соломон. И опыт его в деле революции бесценен. Будь он сейчас жив, — мигом бы оценил потенции лидеров очередной «померанчевой» революции: «Шо, Сеня Яценюк? — так то ж и в шинкари не годится. Тягнибок, говорите… — гимно́! Клычко — о це Троцкий! Этот безумец всё может. У этого с отбитыми мозговыми оболочками столько же ума, сколько было у покойного Бронштейна, когда ему ледоруб в голову воткнули. Что-то не вижу среди них нового Ленина! Покажите мне его. Поднимите мне веки!…» Так бы сейчас сказал мудрый Соломон, окинув взором заказник на Майдане.

Каков должен быть лидер настоящей революции? Какими качествами обязан обладать ниспровергатель государственных устоев? Послушаем же умного Соломона, полагавшего, что истинный вождь должен быть бесстрастным и хладнокровным, как сторож анатомического театра: «…на Россию, на народ, на нашу демократию Ленин и иже с ним смотрят толь­ко, как на экспериментальных кроликов, … истощая которых, они могут получать средства для попыток организации мировой революции».

И правильно! На работе Ильич строг, зато дома даёт волю чувствам. Соломон не был бы Соломоном, если бы не подмечал в человеке и дурное, и доброе. Ленин до самозабвения любил мать: «Его (Ленина) такое некрасивое и вульгарное лицо стало каким-то одухотворенным, взгляд его неприятных глаз вдруг стал мягким и теплым, каким-то ушедшим глубоко в себя, и он полушепотом сказал мне: «Мама... знаете, это просто святая...»

Любил Ильич и старшую сестру Анну Ильиничну: «Ну, это башкистая баба, — сказал Владимир Ильич Соломону, — знаете, как в деревне говорят — «мужик-баба» или «король-баба».

Вождь мирового пролетариата терпеть не мог кумовства и семейственности. Даже в отношении родни он был предельно честен. Так, после революции он следующим образом отзывался о своём брате: «Эти идиоты, по-видимому, хотели угодить мне, назначив Митю (брат Ленина, Дмитрий Ульянов, работал председателем Совнаркома в Крыму)... они не заметили, что хотя мы с ним носим одну и ту же фамилию, но он просто обыкновенный дурак, которому впору только печатные пряники жевать...»

Не могу не прервать повествование мудрого Соломона. Все ли знают, что известная Фанни Каплан волею судеб чуть ли не стала золовкою товарищу Ленину. Вот такая загогулина, понимаешь! Та, кто стреляла в вождя, была по уши влюблена в его брата. На допросах перед расстрелом она чистосердечно призналась, что до беспамятства обожала Митеньку. Жаль, изъяли эти страницы, а саму несостоявшуюся золовку сожгли в бочке. Присутствовавший при расстреле и “кремации” поэт Демьян Бедный, почувствовав запах горелой человечины, блеванул и упал в обморок. Экая у нас слабая интеллигенция была, да и сейчас — не лучше. Григорий Явлинский, поговаривают, тоже в коленках ослаб, когда заявился в квартиру застрелившего себя Бориса Пуго. Да ладно с нею, с шелупонью… А Митя был настоящим человеком. Воевал. Дослужился до капитана и в этом мундире царской армии ходил на свидания с Фаней. Ничего плохого о нем сказать нельзя, наоборот, он еще кучу народа спас. Жалостлив был не в пример старшему брату. Контру из лап ЧеКи вызволял. К красному террору в Крыму отношения не имел. Пел романсы, играл себе на гармошке, за что брательник его дураком и называл. Кто тут дурак? Хрен его знает. Вообще, Ильич не терпел обычных людей. Люто ненавидел своего шурина, милейшего и умнейшего человека — Марка Елизарова, мужа его старшей, грубой, некрасивой и мужиковатой сестры. И лишь мудрый и человечный Соломон искренне дружил с этим огромного роста медведем, затёртым острыми углами семьи Ульяновых.

Снова цитирую Соломона: «Младшая сестра Ленина, Мария Ильинична Ульянова … всегда в своей собственной семье считалась «дурочкой», и мне вспоминается, как Анна Ильинична (старшая сестра) относилась к ней со снисходительным, но нежным презрением. Но сам Ленин отзывался о ней вполне определенно. …  Упомянув имя Марии Ильиничны, он, лукаво сощурив глаза, сказал: «Ну, что касается Мани, она пороху не выдумывает, она... помните, в сказке «Конек-Горбунок» Ершов так характеризует второго и третьего братьев: «Средний был и так и сяк. Третий просто был дурак...»

Чертовски справедлив был Ильич к людям и даже близким. И каким заботливым!… По этому поводу Соломон вспоминает:

Как-то «с явкой от Ленина в Брюссель перебрался на жительство и В. Р. Менжинский. ... Когда он приехал, он был очень болен. … Я сидел в ожидании Ленина и Менжинского за столиком... Они пришли. Я увидел сперва болезненно согнутого Менжинского, … всего распухшего от болезни почек … а за ним увидел Ленина … пышущего здоровьем и самодовольством. … меня поразило то, что Менжинский, весь дрожащий от своей болезни и обливающийся потом, нес (как оказалось) от самого трамвая громадный, тяжелый чемодан Ленина, который шел налегке за ним, неся на руке только зонтик...» Мудрый Соломон набросился с упрёками на вождя: «— Как вы могли, Владимир Ильич, позволить ему тащить чемоданище? Ведь посмотрите, человек еле-еле дышит!..  — А что с ним? — весело-равнодушно спросил Ленин —  Разве он болен? А я и не знал... ну, ничего, поправится...»

Революционеры перекусили «Менжинский снова схватился было за чемодан Ленина. ... После долгих препирательств с ним я вырвал у него злосчастный чемодан и с шуткой, но настоятельно всучил его Ленину, который покорно и легко понес его. В моей памяти невольно зарегистрировалась эта черта характера Ленина: он никогда не обращал внимания на страдания других, он их просто не замечал и оставался к ним совершенно равнодушным...»

От себя добавлю: Как-то перечитывая Ленина, я не нашёл ни одной строчки, где бы недавний наш кумир проявил сострадание русскому народу. Вступался за евреев, было такое, но о русском народе — ни гу-гу! Да, детей ещё любил, но делать их не умел. А, может, и к лучшему.

Соломон как-то неправильно оценивает Ильича как трибуна. Мы-то знаем, что Ленин был известным оратором и полемистом, а Соломон упирается: «Он был очень плохой оратор, без искры таланта: говорил он, хотя всегда плавно и связно и не ища слов, но был тускл, страдал полным отсутствием подъема и не захватывал слушателя. И если тем не менее, … толпы людей слушали его внимательно и подпадали под влияние его речей, то это объяснялось только тем, что он говорил всегда умно, а главное — тем, что он говорил всегда на темы, сами по себе захватывающие его аудиторию … и толпы, крестьян, рабочих, солдат, бежавших с фронтов, и матросов, впитывали в себя его слова с восторгом. Конечно, он был большим демагогом, и его речи на указанные темы и в духе, столь угодном толпе или толпам, вызывали целые бури и ликование, и толпа окружала его непобедимым ореолом».

Дальше предлагаю проглотить изрядную цитату. Если не в состоянии — прочтите выделенное:

«…Ленин был очень интересным собеседником в небольших собраниях, когда он не стоял на кафедре и не распускал себя, поддаваясь свойственной ему манере резать, прибегая даже к недостойным приемам оскорблений своего противника: перед вами был умный, с большой эрудицией, широко образованный человек, отличающийся изрядной находчивостью. Правда, при более близком знакомстве с ним вы легко подмечали и его слабые, и, скажу прямо, просто отвратительные стороны. Прежде всего отталкивала его грубость, смешанная с непроходимым самодовольством, презрением к собеседнику, … особенно к инакомыслящему … и притом на противника слабого, ненаходчивого, небойкого... Он не стеснялся … по адресу противника доходить даже до форменной ругани. Поэтому … у Ленина не было близких, закадычных, интимных друзей. У него были товарищи, были поклонники — их была масса, — боготворившие его чуть не по-институтски и все ему прощавшие. … Их кадры состояли из людей, главным образом духовно и умственно слабых, заражавшихся «ленинским» духом до потери своего собственного лица. … Ленин был особенно груб и беспощаден со слабыми противниками … в отношении таких — особенно нагл и отвратителен».

Далее, Соломон описывает сцену, как Ленин унизил и буквально растоптал восемнадцатилетнего юношу, простодушного, наивного, но до глубины своей незамутнённой души преданного революции. Среди своих звали его Саней. Бедный юноша имел неосторожность заглянуть к Соломону, когда у того гостевал Владимир Ильич. Поздоровкались, перекинулись парой слов… и тут понеслось! В течение нескончаемых минут вождь буквально насиловал, унижал и топтал безропотного подростка.

По окончанию экзекуции Соломон обратился к Ленину:

— И охота вам была, Ильич, так зло спорить с Саней, — ведь это еще мальчик, попавший в вихрь революции...
     — А черт с ним, — как-то подчеркнуто злобно ответил Ленин, — дураков учить надо, ведь дураков, говорит пословица, и в церкви бьют, пусть он сам на себя пеняет, что я его отшлепал...
     — Да Саня вовсе не дурак, — ответил я (Соломон), — это просто мальчик, очень невежественный, который чисто темпераментно пристал к революции и которому и в силу его юности психологически нужно было пристать к самому левому течению...
     — Плевать я хотел на него, — грубо и вульгарно отмахнулся Ленин.

Вот так, — просто и со вкусом!

Соломон не был бы Соломоном, если бы честно не описал, как Владимир Ильич помог одному молодому бедствующему эмигранту. Звали его Митей. Не имел этот бедный малый за душой ничего, кроме жены на сносях, да немалых долгов. Набрал тогда Ленин добрую жменю червонцев в валюте, да и вручил её горемыке. Соломон аж охренел. «…это было так непохоже на Ленина, было так необычно для него и напоминало какое-то чудо вроде летающей собаки. … И невольно копошится подозрительное сомнение: да не было ли это его теплое, внимательное отношение к малознакомому ему Мите, притом рабочему, лишь демагогическим жестом, позой для привлечения сердец?» Проницательным был Соломон!

Не долго Владимир Ильич гостевал у Георгия Соломона. Последнего уже наизнанку выворачивало от вождя пролетариата. Однажды, прямо перед отъездом сцепились не на шутку. «И вот мне пришлось в указанный вечер схватиться с ним в горячем споре, — пишет автор. — По своему обыкновению, Ленин спорил не просто горячо и резко, но запальчиво и с нескрываемым раздражением. ... он просто ругался и сыпал на мою голову выражения «дубовые головы», «умственные недоноски», «митрофаны», — словом, аргументировал целым набором оскорбительных выражений. Я никогда не любил споров из-за споров и органически не выношу ... мой отпор подействовал на Ленина. Он вскочил, стал хлопать меня по плечам, полуобнимая, хихикая и все время повторяя «дорогой мой» и уверяя, что, увлеченный спором, … забылся и что эти выражения ни в коей мере не должно принимать как желание меня оскорбить».

Этот вечер «Дорогой Ильич» запомнил надолго, а когда прибрал к рукам власть, мелочно мстил некогда гостеприимному хозяину при всяком удобном случае. После Октября 17-го года, Ленин ни раз стращал недавнего друга Соломона: «…я буду беспощаден ко всему, что пахнет контрреволюцией!.. И против контрреволюционеров … у меня имеется товарищ  Урицкий (председатель Петрог¬радской ЧК).. Ха-ха-ха, вы, вероятно, его не знаете!.. Не советую вам познакомиться с ним!»

И ведь что удивительно, Соломон при этом не уставал повторять: «…в известных отношениях Ленин был очень чистый человек, с искренней гадливостью относившийся ко всякого рода эксцессам, как пьянство, половая распущенность и пр.».

Не терпел Ильич и других своих соратников. «Скажу прямо — это совершенно грязный тип, кутила и выпивоха, и развратник, на Бога поглядывает, а по земле пошаривает, моральный альфонс, а впрочем, черт его знает, может быть, не только моральный... Подделался к Горькому, поет ему самые пошлые дифирамбы, а того ведь хлебом не корми, лишь пой ему славословие... ну и живет у них на Капри и на их счет...» Это так Ленин отзывался о будущем комиссаре по культуре Луначарском. Что поделать, если в эмиграции нарком отличался, по выражению Соломона, «гомерическим пьянством». Всякий раз светоч культуры норовил нажраться аки свинья.

Брезгливо отзывался вождь и о Горьком, и о Шаляпине. Терпеть не мог Троцкого. Очень зло Ленин отзывался и о будущем Министре иностранных дел Литвинове. Дословно: «в его преданность революции я и на грош не верю и просто считаю его прожженной бестией, но действительно артистом в этих делах, хотя и мелким до глупости... И он готов всякого продать. Одним словом, — вдруг с бесконечным раздражением закончил он, — это мелкая тварь, ну и черт с ним!..»

Как же с этим дерьмом, которое он ни во что не ставил, Ильич планировал отстроить новое государство. Так и строил. За неимением других ставил на высшие посты. Ведь во время февральской революции их было горстка крикунов. И это был людской фундамент будущего Советского Союза. Чудеса! Кто же разогнал весь этот обезьянник? Кто дал дорогу новым государственным людям? Кто-кто, — дед Пыхто! Сами догадайтесь!

Вот смотрю я сейчас на Майдан, а там те же револющионеры, только калибром пожиже. Наших лидеров «болотных» оглядываю. Та же свора: грызутся, лаются, посты делят — и никакого толку. Ищите вождя, господа, ищите своего Ленина. Приметы я его описал. Не ошибитесь, и будьте веселы, когда… поведут вас к расстрельной яме. Всех революционеры в ней кончают. Всех!

Господи, чуть не забыл. Специально для русских националистов и злобных западэнцив. Георгий Соломон — не еврей и не жид. Соломон (Исецкий) Георгий Александрович — потомственный дворянин, честный и порядочный русский человек. Или вы полагаете такие за границу не сбегали. Ошибаетесь, при Ленине именно такие и покидали Родину. Не по желанию, а по смертельной необходимости.
Tags: Вожди
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 70 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →