Уведомляю читающих мой блог, что я вынужден снизить свою активность в Живом Журнале. Перехожу к написанию третьей книги под рабочим названием «Затмение». Стиль тот же — шутливый стеб, но постараюсь разбросать по тексту как можно больше смысловых мин, чтобы читателям было над чем подумать.

Перекачал себе чудовищно огромный объем информации об Афганистане и Афганской войне, к теме, к которой я и намерен вновь вернуться. Оказывается, что, хотя я там и проторчал 4 года, очень многое оставалось мне неизвестным. Плюс — надо будет освежить память о событиях, которые происходили в 1985—1989 гг. в Советском Союзе.

Теперь все это, включая воспоминания и вновь приобретенный фактический материал, придется собирать воедино, оживлять персонажи, вкладывать в них живые души, и варить эту «кашу» до состояния готовности, чтобы у читателей она не вставала комом в горле.

Если в процессе работы с материалом что-то мне покажется интересным, буду сбрасывать в блог.

Я не пишу воспоминаний. Не пишу мемуаров. Не работаю над анализом событий ушедшей эпохи. Я пытаюсь писать художественную литературу; по возможности читабельную и легкую для восприятия.

Сейчас самое время отвлечься от политических событий. В ближайшее время будет происходить осмысление ситуации, в которой мы находимся. Участники политических баталий будут заняты перегруппировкой. Я не верю, что новый старый президент сможет изменить положение к лучшему, но, если это произойдет, признаю свою ошибку и буду жить дальше.

Знакомясь с комментариями, я по рекомендации cu_23 вышел на интересную статью bulochnikov-а. Прежде и у меня была мысль высказаться по поводу страшилок о «кровавой гебне», а тут случай подвернулся. Размещаю перепечатку поста bulochnikov-а со своими комментариями и сокращениями. Надеюсь, автор не будет в обиде.
( Read more... )

Вот, не угодно ли… Опять открытие. Открытие идей, личностей и целых концепций. И всякий раз ощущение короткой вспышки удивления, восхищения и даже некоего подобия счастья. Умение радоваться тому, что кто-то умнее, талантливее и благороднее тебя не каждому дано. Ко мне это пришло в 35 лет, когда я оказался в окружении ватаги талантливых молодых людей, каждый из которых хотя бы в чём-то меня превосходил. С ними я проработал всего лишь полтора года, но ощущение радости, запечатлённое в моей памяти, поддерживает меня в ситуациях, когда приходится общаться с унылым дерьмом, именующим себя российской элитой.
Помню, когда в своем блоге я пытался описывать узловые моменты новейшей отечественной истории, в которых принимал непосредственное участие, ответом читателей было дружное недоверие. В моих воспоминаниях отсутствовала историческая логика. События и поступки действующих лиц были спонтанными и хаотичными. Более того, причиной или хотя бы поводом к принятию того или иного исторического решения были не глубокие раздумья и не менее глубокий анализ, а банальная пьянка, с песнями, бабами, холуйскими тостами и прочими атрибутами, веками присущими российской политике. Могу биться об заклад, — и сейчас мало что изменилось, разве что нынешние лидеры стали меньше пить.

И, наконец, я нашел подтверждение своим догадкам, что История, как правило, лишена логики, что его величество случай играет не меньшую роль, чем теория классовой борьбы К.Маркса. Случай в нашем понимании — есть аномалия. Но мы даже не хотим осознать, что из аномалий соткан весь наш мир. Вчитайтесь в эти строки: «…Людская природа понуждает нас фабриковать обоснование случившемуся после того, как оно произошло, превращая его в объяснимое и предсказуемое», или «Неспособность предсказать аномалии подразумевает … невозможность предсказать ход истории. Но мы действуем так, как будто мы способны предсказать исторические события, или, и того хуже, изменить их курс. Мы производим на свет тридцатилетние прогнозы дефицита социального бюджета или уровня цен на нефть, не осознавая того, что мы не в состоянии предсказать их даже на следующее лето. … Это становится еще более неприятным, когда мы ввязываемся в смертоносные конфликты: войны по определению непредсказуемы (и мы об этом не знаем)».

Какой роскошный отдых — две недели без политики. Мне их подарил мой друг. Просто позвонил и начал излагать свои политические взгляды. Излагал полтора часа. Ехал на авто из Подмосковья и излагал. В пробках стоял — излагал, шёл на обгон — излагал, выходил из машины купить газету — тоже излагал. Я кивал, прижимая к занемевшему уху мобильник. Я говорил «да», изредка — «нет», временами из вежливости вклинивался в его монолог со своими односложными предложениями. Я с нетерпением ждал отбоя, но обстановка на московских дорогах не оставляла мне ни единого шанса. На рабочем столе моего компьютера в ожидании востребованности ждал только что скачанный драйвер к «блютузу», а политика, точно зловонная жижа из сточной канавы, продолжала сочиться мне в уши и несмываемым налётом оседать где-то в районе пупочной чакры.

Именно в тот день я осознал, что понятие «единомышленники» — есть всего лишь абстрактное допущение. Даже среди близких друзей. Единомышленниками можно быть в вере и неверии, во взглядах на красивых женщин, в оценках вкусовых качеств плова, но в политике единомышленников не бывает! Не найти и двух индивидов, взгляды которых совпадали по всему спектру политических проблем. Единомышленниками можно стать, если вообще ни хрена не понимать в предмете обсуждения, как это было в Советском Союзе. Советские люди — а я в этом свято уверен — в большинстве своем были единомышленниками. Мало кто вообще хотя бы что-то понимал в тех сложных турбулентных процессах, что проистекали на стратосферных высотах тогдашней властной вертикали, но единомыслие, по нынешним понятиям, было непостижимое. Даже районный партийный актив или те же сотрудники КГБ ни черта не понимали в реалиях развёртывающихся на их глазах событий. Более того, вопреки своим же запретам, питались обрывками слухов и сплетен и регулярно припадали к «вражьим голосам»… Да-да, вся номенклатура среднего звена слушала «Свободу», «Голос Америки» и «Би-Би-Си». Мой тесть, в прошлом зав. отделом в ЦК Молдавии, хорошо знавший Брежнева, каждое утро начинал с прослушивания зарубежных радиостанций. Тем не менее, на все про все у советского человека на политику уходило не более получаса в день, включая просмотр новостных программ. Помню в бытность свою о́пером даже мы, молодые розыскники, или — «вооружённый отряд партии, как нас было принято называть, приходили на службу за двадцать минут до начала работы и быстренько шерстили две-три газеты. Всё! Ещё вечером ужин перед телевизором, — вот и вся политика!

  Не могу не перепостить статью Андрея Фурсова. В ней много созвучного моим представлениям о нынешней ситуации и близком и далеком будущем. Основной лейтмотив статьи — Апокалипсиса нам не избежать. И, чтобы достойно его встретить, чтобы не растерять всего того, что оставили нам предки и что успели наработать мы сами, к нему надо готовиться.

Материал устаревший. Перепечатки гуляют по интернету, но от этого актуальность статьи не снижается.

Мой вклад в публикацию ограничивается вставкой необходимых ссылок и шрифтовым выделением значимых для меня фраз. Смотрите сами, стоит ли читать дальше. Андрей Фурсов не из тех, кто вселяет оптимизм, когда причины к нему отстутствуют.

К сожалению, сегодня не смогу ответить на возможные комментарии. Завтра буду на месте.



( Read more... )

      И двух дней не прошло, как я разместил пост под названием «Подводные камни „перепостинга“», как вновь приходится возвращаться к теме. Движимый лучшими побуждениями, я привлек внимание блоггеров к деятельности организации «Охотники за головами», возглавляемую Гудвином Хантером. Даже по тону моего изложения было заметно, что меня грызли сомнения. С одной стороны благородный порыв «Охотников» покончить с педофилами-«виртуалами», а с другой несколько странная концовка обращения Хантера ко мне с просьбой пропиарить движение: «…если у тебя возникает некий дискомфорт от таких просьб — проблема решаема. Удаляй меня из друзей». Другими словами — не дашь рекламу «Охотникам», — мы больше не «френды». Категоричность, достойная революционера.


( Read more... )